Есть на Фэйсбуке (да, наверно, и в других сетях) сообщества людей, которые пристально следят за исследованиями (почти сплошь зарубежными), обещающими существенное продление жизни или даже вечную молодость.

Недавно эти сообщества были возбуждены опытами Бельмонте по перепрограммированию дифференцированных клеток. Сразу показалось, что это – решающий шаг к омолаживанию, так что надежды вспыхнули с новой силой.

А мой друг по Фейсбуку Влад Степнов совершил прямо-таки героический поступок, опубликовав призыв ко всем, так сказать, людям доброй воли скидываться, кто сколько сможет, на последний решительный штурм цитадели «Старение». Необходимую сумму он оценил в 200 миллионов долларов. Но положительно отнёсся бы и к миллиарду.

Почему я считаю этот поступок героическим? Да потому, что, как в тяжёлом сражении, когда ещё неясен исход, Влад, публикуя свой призыв, схватил кем-то утерянное знамя и побежал с ним вперед, чтобы увлечь за собой остальных.

Но тем самым он вызвал на себя огонь массы скептиков. Среди которых оказался и я – утомлённый жизнью, болезнями и бесплодными надеждами.

А потом мне это показалось как будто знакомым – смутно.., яснее… Бог ты мой, да практически тот же сюжет описан у меня в «Меланхолической симфонии», изданной в 2005 году! А было всё это почти двадцать лет назад.

И вот я читаю на страницах 292–297 (привожу, конечно, не весь текст, а с большими купюрами).

«В конце января 1998 года «Известия» вышли с сенсационным заголовком: «Таблетки от старения». Там сообщалось об открытии американскими учёными «гена бессмертия», о том, что с его помощью культивируемые клетки перестали стареть и что вскоре «лекарства от старения будут доступны так же, как аспирин».

Тогда же о том же самом очень активно заговорили и прочие СМИ: газеты, телевидение, радио. – Начался так называемый теломеразный бум.»

… В его основе лежал действительно выдающийся результат: «после введения гена теломеразы в культивируемые соматические клетки те преодолели лимит Хейфлика (в 50 делений) и продолжали делиться дальше.»

«… И я написал письмо…и уже очень скоро (в феврале того же, 1998 года) оно было опубликовано. Причём, не где-нибудь, а в печатном органе власти – газете «Российская Федерация»….

«СЕГОДНЯ РЕШАЕТСЯ БУДУЩЕЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Открытое письмо Президенту,

депутатам Федерального Собрания, Правительству РФ

Глубокоуважаемые господа!

Из-за границы пришла очередная сенсация: Раскрыт механизм старения, и вскоре «лекарства от старения будут доступны так же, как аспирин».

О научной стороне дела скажу чуть позже. А в первую очередь хочу обратить внимание на другое: речь идёт о вопросе огромного стратегического значения. Раньше исследованиями механизма старения вы могли не интересоваться; теперь делать вид, что вас это не касается, для государственных деятелей было бы просто недальновидно. Потому что сегодня решается будущее цивилизации.

Вдумайтесь: монополия США на атомную бомбу резко изменила положение в мире, потребовались энергичные усилия, чтобы ликвидировать отставание. И в нынешней обстановке, даже при отсутствии потенциального противника, разве могла бы Россия отказаться от ядерного оружия? Всем ясно, что нет. Так почему мы готовы допустить монополию Запада на знание тайн биологии жизни и управление ею?

Допустим, через какое-то время они действительно научатся замедлять старение и добьются более долгой активной жизни. – Какими останемся мы перед лицом резко окрепшего западного мира: вымирающим населением, зачем-то занимающим огромные и так нужные другим территории?

…Из этого следует одно: в России должен быть срочно создан свой Центр биологии старения. Дело не в названии (геронтологический центр есть и сейчас), дело – в направлении работы: не просто констатация возрастных изменений и рекомендации старикам, а вскрытие механизма старения и поиск радикальных путей его преодоления.

…Хотя и с трудом, но в России ещё можно найти увлеченных учёных для создания Центра биологии старения.

И вот тут, господин Президент, господа депутаты и господа министры, дело за вами: решите вопрос об учреждении такого Центра и его финансировании.

Несколько десятков учёных, оборудование, реактивы, животные, всеобъемлющая научная информация, возможность общения с западными коллегами – вот и всё немногое, что требуется. Великой стране даже в трудное время это по силам.

В то же время хочу предостеречь от завышенных ожиданий. Достижение западных учёных, конечно, очень крупное, но до «лекарства от старения» им, видимо, ещё далеко. Впереди – немалый путь, где мы можем и догнать, и опередить Запад.

Но…сейчас – ключевой момент: они сделали большой бросок вперёд, а мы просто находимся в яме, куда доносится шум стремительно удаляющихся шагов. Завтра может быть безнадёжно поздно. Понимая это, я и предпринимаю свою отчаянную попытку достучаться до вашего сознания.»

…. А теперь – о реакции моих адресатов. Так вот, им было явно не до того: они увлечённо грызлись между собой и вряд ли могли оставить занятие такой государственной важности, чтобы обратить серьёзное внимание на всякие дурацкие и посторонние обращения к себе.

Тем не менее, определённая реакция была – причём, не только сверху, но и снизу. Реакция сверху состояла в том, что моя бумага была послана, как в счастливые советские времена, по инстанциям вниз, вниз и ещё раз вниз – для ответа автору.

Реакция же снизу показала, что не я один такой умный. В справке-ответе, подготовленной «внизу», указывалось, что, конечно, проблема заслуживает самого пристального внимания, но, по счастливому стечению обстоятельств, как раз сейчас она начинает решаться: при МГУ создаётся именно такой Центр, о котором хлопочет автор. Так что вопрос исчерпан, о чем автор и проинформирован.

… Я набрался смелости и позвонил в МГУ – академику, чья фамилия была указана в справке-ответе. В его реакции сквозило явное недовольство моим звонком. Стало ясно, что моя персона никого не интересует.

И я вернулся к тому делу, которым начал недавно заниматься, – работать над учебными пособиями по гистологии.»

Вот, о чем напомнила мне моя собственная книга «Меланхолическая симфония». Так это я когда-то в безумном самомнении попробовал поднять знамя борьбы со старением? Вспоминаю также, что испытал чувство громадного облегчения, когда у меня это не получилось. Ведь это страшно тяжело: заронить в людях надежду на огромное чудо – и постоянно мучиться потом ощущением его возможной несбыточности.

Да, для таких дел нужны фанатики, безоговорочно верящие в свое предназначение.