Многопрофильный клинический центр Свердловской области «Бонум», что в переводе с латыни означает «творящий добро», — одно из самых впечатляющих лечебных учреждений не только Урала, но и вообще России. Здесь проходят реабилитацию и лечение дети с самой разной патологией — от расщелины нёба (в народе «заячья губа» и «волчья пасть») до ДЦП, ретинопатии и глухоты. Пять отделений, разбросанных по городу и области. Чтобы побывать во всех, требуется несколько дней. Лечат здесь, что особо ценно, не только уральских детей. Сюда везут маленьких пациентов со всей страны. На сегодня успешное лечение здесь проходят дети из 70 регионов России. В Центре трудятся врачи самых разных специальностей — хирурги, ортопеды, педиатры, неврологи, вертебрологи, сурдологи, ортодонты, клинические психологи, реабилитологи... Многие из них — главные специалисты Свердловской области. Наверное, нет в Екатеринбурге другого места, где за один день можно познакомиться сразу с несколькими. Безусловно, все они умудрённые опытом, знающие специалисты. Но бросается в глаза и то, с какой любовью они относятся к своим маленьким подопечным, которым трудно ходить, говорить, слышать, видеть, осязать, воспринимать этот мир, приспособленный для сильных и успешных.



Центр наполнен самой современной, высокотехнологичной аппаратурой, способной конкурировать с любой европейской клиникой. Но радует также и то, что есть не менее полезные и эффективные образцы отечественной техники, успешно применяемой для восстановления таких пациентов. Так, аппараты для гипербарической оксигенации изготовлены на «космическом» предприятии — НПО им. Хруничева, а уникальная массажная вибро-люлька для детей с определенной неврологической симптоматикой сконструирована на уральском оборонном заводе «Сатурн».

Здесь есть и прекрасно оборудованные тренажёрные залы, и роботизированный комплекс для миостимуляции, и виртуальные тренажёры для улучшения координации движений... Но вот собственный кукольный театр с разнообразным репертуаром, подобранным для разных случаев жизни, — это безусловный местный раритет.

Педагог Центра говорит о «сказкотерапии», эффективной при целом ряде недугов. Для наглядности она включает нам одну из сказок. На сцене оживают одна за другой красавицы-куклы, кружась в завораживающем танце. Хочется забыть обо всём, погрузившись в сказку. Рукотворное волшебство изготовлено и подарено Центру уральской художницей.

Тут дверь приоткрывается, и в театр просачивается маленький пациент. Никто его не гонит. С трудом передвигаясь с помощью ортезов, он усаживаются на стульчик, и на лице замирает счастливое, блаженное выражение. «Нравится?» — спрашиваю мальчишку. «Да, нравится. Это моё любимое место. Я тут хочу жить...»

О том, как удалось превратить клинику в место, любимое многими детьми и их родителями, от чего и как здесь лечат и каким образом сюда попадают, — наш разговор с главным врачом Центра Е.А. Дугиной, главным детским неврологом Министерства здравоохранения Свердловской области, сотрудником кафедры нервных болезней, нейрохирургии и медицинской генетики УГМУ, экспертом по специальности «Неврология» Росздравнадзора, членом профильной комиссии по детской неврологии Министерства здравоохранения Российской Федерации.



— Елена Александровна, знаю, что история вашего Центра начинается еще с 1967-го года, когда были сделаны первые шаги в этом направлении. С чем связана такая необходимость?

— С тем, что всегда рождались и рождаются дети с различными врожденными пороками и аномалиями развития. В нашем случае всё начиналось с попыток помочь детям, рожденным с врожденной челюстно-лицевой патологией. В 1967 году для таких детей при спецшколе-интернате №58 города Свердловска было открыто небольшое консультативное отделение областной детской клинической больницы №1. Инициаторами создания отделения были доктор медицинских наук, профессор Б.Я. Булатовская и кандидат медицинских наук Н.С. Кузнецова.

Первоначально в штате отделения было 15 сотрудников. На протяжении нескольких лет отделение не имело собственного помещения. Детей с челюстно-лицевой патологией оперировали в межрайонных центрах городов Нижнего Тагила, Серова, Каменска-Уральского, Красноуфимска. В 1975 году по инициативе бывшего директора центра «Бонум» доктора медицинских наук, профессора, заслуженного врача РФ С.И. Блохиной в спецшколе №58 была открыта операционная.

В 1989 году консультативное отделение ОДКБ №1 на базе школы №58 было преобразовано в «Центр восстановительного лечения детей с врожденными дефектами умственного, физического и речевого развития». В январе 1991 года приказом начальника Главного управления здравоохранения Свердловского облисполкома образовано государственное предприятие «Научно-практическое объединение медико-социальной реабилитации детей и подростков с врожденной челюстно-лицевой патологией и тяжелыми нарушениями речи «Бонум». Центру предоставили помещение специализированных детских яслей №113 на улице Попова, 24а, где появилось первое реабилитационное отделение на 75 коек, и с этого момента центр «Бонум» стал самостоятельным юридическим лицом.

Отделение гипербарической оксигенации



Позже для развития Центра были выделены корпуса бывших детских садов, а хирургическое отделение находилось в арендуемом помещении детской железнодорожной больницы Екатеринбурга на улице Гражданской.

В декабре 2007 года Центру присвоен статус клинической больницы восстановительного лечения. В 2008 году облик учреждения значительно изменился. Сдан в эксплуатацию новый хирургический корпус на улице академика Бардина, образовано несколько новых структурных подразделений. А в январе 2011 года распахнуло свои двери для детей загородное отделение «Луч». Это, по сути, санаторий для детей, прошедших лечение в других наших подразделениях. Здесь по самым современным методикам проводится реабилитация детей и взрослых с использованием всего арсенала оздоровительных и лечебных процедур. Важным целебным фактором является уникальный лесной микроклимат. Неповторимый хвойный аромат соснового бора, успокаивающая тишина и кристально чистая вода из артезианской скважины успешно дополняют лечение и придают жизненных сил.

Сегодня «Бонум» — это крупное государственное медицинское учреждение Свердловской области. В нынешнем году мы отметим 27-летний день рождения в качестве научно-практического Центра.

Стенд для тренировки детей с ДЦП



— Сейчас вы занимаетесь далеко не только врожденной челюстно-лицевой патологией…

— В нашем учреждении работает 10 областных детских специализированных центров, из них четыре — неврологического профиля. Там проходят лечение дети, рожденные после различных травм, с двигательными нарушениями, в т.ч. вследствие наследственной патологии, с детским церебральным параличом. Мы наблюдаем их зачастую с момента рождения, с этапа диагностики в перинатальный период. Мало того — специалисты консультируют беременных с патологией развития плода.

нас лечатся дети сурдологического профиля. Это дети с той или иной степенью глухоты, которая выявляется посредством аудиологического скрининга ещё в роддоме. В нашем центре они проходят более углубленную диагностику, и если выявляется двусторонняя, тотальная глухота, то в нашем же центре им проводится хирургическая реабилитация, операция кохлеарной имплантации. Здесь же они получают комплексную слухоречевую реабилитацию.



— А какую помощь у вас получают дети с ДЦП?

— Разную. Они получают специализированную диагностическую медицинскую помощь, в том числе по диагностике степени нарушения, определению комплекса реабилитационных мероприятий, необходимых в их случае. В Центре также оказывается высокотехнологичная помощь детям с двигательной неврологической патологией. Мы являемся третьим городом после Москвы и Санкт-Петербурга, который получил такую возможность. То есть, не выезжая за пределы Свердловской области, дети с церебральным параличом могут получать высокотехнологичную медицинскую помощь.





Массажная вибро-люлька изготовлена в Екатеринбурге



— Это значит, только дети из вашей области могут у вас получать такую помощь?

— Мы не являемся федеральным учреждением, однако с 2014 года нам выделяются федеральные квоты Министерства здравоохранения России на оказание медицинской помощи детям — жителям других территорий с офтальмологической, челюстно-лицевой, сурдологической, неврологической патологией. У нас год от года увеличивается количество детей из других регионов, получивших медицинскую помощь в нашем учреждении. Так, хирургическое лечение с патологией челюстно-лицевой области в 2017-м году было проведено жителям 70 регионов России от Магадана до Калининграда.

В Центре есть свой кукольный театр





— А сколько всего детей к вам поступает на лечение?

— Общее количество госпитализаций у нас порядка 8 тысяч в год. Наш Центр рассчитан на 480 стационарных коек круглосуточного пребывания. Причем мы оказываем помощь не только детям, но и взрослому населению.

Детские поделки — арттерапия





— Платно?

— Не обязательно. В рамках госзаказа обязательного медицинского страхования (ОМС) есть такая возможность. Вот уже более полугода мы стали многопрофильным клиническим медицинским центром. Этот статус у нас появился с июля 2017 года.

Аудиологическое обследование
Занятия с логопедом
Занятия с клиническим психологом







— А у взрослых что вы лечите?

— Наибольший удельный вес — это пациенты, поступающие на эстетическую пластическую хирургию и с заболеваниями отоларингологического профиля. Могу сказать, что очень многие известные артисты театра и кино всероссийского уровня приезжали к нам с этой целью. Наш Центр одним из первых, если не первым в стране, организовал оказание помощи по пластической хирургии, и это не случайно. Авторские технологии, которые были изобретены нашими хирургами, до сих пор востребованы. Этому способствует многолетнее тесное сотрудничество с американскими врачами, которые регулярно к нам приезжают. Последний раз они были у нас в 2015-м году —пластический хирург, хирург-офтальмолог и ортопед. Они провели совместно с нашими специалистами несколько операций для жителей Свердловской области и других регионов. Очень сложные комбинированные случаи. Находили совместные решения. Обычно из такого сотрудничества рождаются новые авторские методики.

в апреле 2017-го года мы проводили большую межрегиональную конференцию по сопровождению семьи ребенка, имеющего различные пороки развития. У нас была делегация более чем из 50 человек. Только из Москвы было 15 профессоров-докладчиков. Очень много было получено полезной научно-практической информации.

— О каких пороках развития речь?

— Был диагностирован тяжелый врожденный порок центральной нервной системы. Он был выявлен на этапе пренатальной диагностики, когда сроки позволяют прервать беременность. Ребенок будет нежизнеспособным, с отсутствием определенных структур головного мозга. С тяжелым умственным недоразвитием. И мама на этапе 20 недель должна это понимать.

Этому малышу показана кохлеарная имплантация 





— Маме придется принять непростое решение. Скажите, а какова точность прогнозирования? Может ли быть ошибка?

— Точность сто процентов. В данном случае — увы, помочь нельзя. Но есть пороки, которые очень хорошо хирургически регулируются. То есть дети, которые имеют расщелену губы или нёба, начиная с момента рождения, сопровождаются нашими ортодонтами, педиаторами, хирургами. И сразу же, как только ребенок рождается, им проводят, во-первых, дооперационную коррекцию. После этого — серия оперативных вмешательств. В результате ребенок у нас нередко вообще не соответствует тем критериям, когда дается инвалидность. И внешне очень хороший результат, и уровень адаптации к условиям жизни высокий, так что не все верят, что он родился с такой патологией.

Кстати, у нас в Свердловской области вы не увидите людей с внешними уродствами. В других местах их довольно много, а у нас практически нет. Я много раз это отмечала. Приедешь в другой регион — и вот они все: некачественно или не вовремя прооперированные. Их сразу видно. У нас же авторские технологии позволяют подобных вещей избежать. Мы понимаем, что самая основная цель медицины, как мы её определяем, — это социализация ребенка. Насколько он будет сам себя комфортно ощущать в обществе, насколько он будет востребован. Всё, что касается лица, всегда воспринимается болезненно. Например, гемантиомы, которые у некоторых распространяются на пол-лица. Видели когда-нибудь?

— Не просто видела — я родилась с гемангиомой чуть выше пупка, и в младенчестве мне делали операцию. Шрам остался на всю жизнь.

— А представьте, если такое красное пятно на лице? У нас в центре проводится хирургическое, в том числе лазерное лечение, после которого никаких рубцов не остается. Никаких следов прежнего уродства. Косметический эффект потрясающий. Это высококлассное оборудование, позволяющее полностью убрать патологию, так что человек о ней никогда не вспомнит. В центре работает специалист татуажа, который, если остался шрам, татуирует его в цвет кожи.

В операционных Центра











— Вы сказали об авторских методиках. О чём речь?

— В основном они касаются хирургической помощи, предусматривающей использование дополнительного оборудования, придуманного и внедренного нашими хирургами. Также это касается способов лечения, сокращающих количество этапов хирургического вмешательства. Это, например, разработанные нами ортодонтические конструкции, которые ускоряют процесс закрытия врожденных расщелин неба и альвеолярного отростка. Так, наш челюстно-лицевой хирург Ольга Юрьевна Ершова внедрила новый способ применения хирургического лечения детей с челюстно-лицевой патологией с применением специальных пластин. Она доказала, сравнивая детей с такой пластинкой и без неё, что её лечение действительно эффективно, и результат его, что называется, налицо.

— Причем в прямом смысле.

— Да, именно. И речь в дальнейшем у ребенка формируется значительно правильнее. Ведь нёбо, разделяя ротовую и носовую полость, играет очень важную роль в звукопроизношении, а значит и речи. При наличии расщелин возникает и нарушение акта глотания. И очень важно как можно раньше устранить этот дефект.

— Очень много рождается детей с ДЦП. Удается ли вам их реабилитировать, поднять на тот уровень, когда они вливаются в общество?

— Как неврологу мне близка эта тема. Это моя специальность, и про это, конечно, я могу говорить долго. ДЦП — проблема комплексная и многофакторная. Надо сказать, в настоящее время показатель младенческой смертности в Свердловской области очень низкий при достаточно большом удельном весе детей, которые родились недоношенными. Чем это грозит? Тем, что у нас очень большое количество детей, которые в последующем имеют большой риск развития различной патологии, и в том числе угрожаемые по развитию ДЦП. И, тем не менее, организовав всю работу по раннему вмешательству, ранней помощи, нам удалось сделать так, что у нас показатели заболеваемости ДЦП нисколько не увеличились, а даже имеют тенденцию к снижению. Уже с момента оказания помощи детям в отделениях патологии недоношенных перинатальных центров всё чаще удается предотвратить или минимизировать патологические проявления многих инвалидизирующих заболеваний.

Операционная бригада



— Впервые слышу, что развитие ДЦП можно предотвратить.

— Можно, но для этого должны быть единые цели в системе организации службы родовспоможения и детства. Именно так и происходит организация работы в Свердловской области. Педиатры совместно с акушерской службой решают задачи по снижению заболеваемости и инвалидности младенцев. У нас акушеры нацелены не на результат родов, лишь бы ребенок родился и выжил, а на то, чтобы он родился здоровым.

— Вы имеете в виду родовую травму?

— В том числе. В Свердловской области работает автоматизированная система — называется акушерский мониторинг. И данные обо всех беременных попадают в систему и контролируются. При угрозе рождения ребенка с патологией все беременные мамы направляются в областной или городской перинатальный центр. Там специалисты применяют те методики и технологии, которые позволяют минимизировать риск развития тяжелой патологии у новорожденного. Это позволяет показатель заболеваемости детским параличом сохранять на низких значениях. Также в области организованы кабинеты мониторинга детей группы риска. Кабинеты катамнеза в других регионах страны создаются при перинатальных центрах, мы же пошли другим путем. В 2012-м году Министерство здравоохранения организовало эти кабинеты в каждом округе области и в самом Екатеринбурге. Теперь информация о детях с риском тяжелых заболеваний из перинатальных центров сразу же направляется в эти кабинеты.

Роботизированный комплекс для занятий детей с ДЦП





Виртуальный комплекс для мышечных тренировок 



Но даже если у ребенка диагноз ДЦП поставлен, в Свердловской области организована система комплексного подхода в лечении. Так, в лечебно-реабилитационном комплексе нашего Центра на Краснокамской улице имеется три стационарных отделения. Одно из них — для детей раннего возраста с неврологической патологией и риском развития ДЦП. Перед специалистами комплекса стоит задача по диагностике патологии, организации комплексного подхода в лечении и современной реабилитации детей с двигательной патологией.

— Сегодня мы побывали на приёме у офтальмолога, где врачи принимали совсем крохотных, недавно родившихся детишек…

— Да, это недоношенные дети, у которых всегда высок риск развития так называемой ретинопатии — слепоты новорожденных. В области также очень низкий показатель инвалидности вследствие ретинопатии недоношенных, и это именно результат работы областного центра. По регионам России эта цифра сейчас колеблется от двух до 17% на общее количество недоношенных детей. А у нас это — 1,1. Беспрецедентно мало. Хотя мы стремимся к еще более низким показателям.

— Как вам это удается?

Каждому врачу ясно, что ретинопатия, или слепота новорожденных, у детей может развиться очень быстро. Поэтому в области утвержден алгоритм по наблюдению всех недоношенных с момента появления на свет. В специально оборудованном отделении, оснащенном всем необходимым оборудованием, ребенок осматривается в установленные сроки, в том числе на амбулаторном этапе. При необходимости сразу же направляют ребенка на оперативное лечение. Весь спектр хирургического лечения в центре также имеется, в том числе высокотехнологичное.

— Это прекрасно, что врачи научились излечивать или компенсировать все эти проблемы. Но ведь что ни говори, всё равно это плохо — то, что дети всё чаще рождаются недоношенными, с различными патологиями. Как вы думаете, какова причина?





— Это прекрасно, что врачи научились излечивать или компенсировать все эти проблемы. Но ведь что ни говори, всё равно это плохо — то, что дети всё чаще рождаются недоношенными, с различными патологиями. Как вы думаете, какова причина?

- Очень важно знать медико-демографические особенности общества. Так, увеличивается год от года средний возраст первобеременных женщин. В нашей области — это 27 лет. И это один из вызовов. Поэтому очень важно определять перспективу развития ранней помощи детям с учетом разных факторов.

Сегодня страдает и общее здоровье населения. Всё чаще говорят о проблемах репродуктивного здоровья подростков. Вопросы профилактики — основная задача в этом возрасте, учитывая их образ жизни, питания, физическую нагрузку. Нарастает и влияние социального неблагополучия в обществе. Если в здравоохранении научились регулировать медицинские факторы младенческой смертности, то часто происходит гибель младенцев в связи с социальными проблемами в семье, пьянством, домашним насилием.

Министерство здравоохранения и медицинские организации должны плотно сотрудничать с органами опеки, с министерством социальной политики, с обществом, с государственными, юридическими структурами, нацеленными на охрану материнства и детства. Это общая задача, которой уделяется очень много внимания, но пока не все задачи решены. Здоровье общества — это дело не только врачей, но и всех вместе, и каждого из нас.

Беседу вела Наталия Лескова

Фото Андрея Афанасьева